Tanya Kotegova: первый модный Дом на петроградской стороне

  ОЛЬГА МАЛИНОВСКАЯ

ОЛЬГА КИСЛЯКОВА

Модный Дом Тани Котеговой распахнул свои двери в 90-х и стал главным центром Петроградского района той эпохи. Дизайнер рисует и создает этот мир, полный элегантности и стиля вне времени. Черный цвет является отличительной особенностью модного Дома. Подобно белому листу бумаги, черный принимает любые цветовые акценты. Окутывает теплым коконом и оставляет под защитой. Сегодня редакция рада прикоснуться к творчеству модельера, работы которого олицетворяют петербургский стиль.

ABOUT

TANYA KOTEGOVA

I

персоналии

О. М.: На страницах GREY CHIC Magazine редакция собирает истории удивительных людей и рассказывает про их путь к мечте. Хотим спросить, почему ваша мечта осуществилась? Что самого важного вы сделали для ее реализации, был ли этот путь труден или все произошло само собой?

Т.: Само собой хорошее дело не происходит... Какой бы сферы мы ни касались. Осуществление мечты требует активного и постоянного участия «мечтателя». Реализовать мою страсть к моде возможно было только при условии, как ни банально это звучит, большого труда. До 1990-х годов мою мечту об открытии модного Дома осуществить было сложно по известным обстоятельствам. 

До возможности иметь собственное предприятие в сфере fashion-бизнеса я очень много работала дома. Это не входило в мой профессиональный стаж, но для реализации мечты было необходимо. Постоянный интерес к своей профессии во всех деталях, работоспособность, желание видеть людей красивыми и даже кратковременность моды увлекали меня всегда.

Я открыла модный Дом в 50 лет и не устаю от моей профессии до сих пор. Сохраняю любознательность и не стыжусь признаться в том, чего не знаю. При большой занятости я постоянно посещаю лекции по истории моды, изучаю особенности исторического кроя, читаю и смотрю все то, что относится к моей деятельности прямо или косвенно. Иногда кажется, что профессия родилась вместе со мной, хотя для открытия модного Дома пришлось сделать очень многое.

О. М.: Таня, расскажите про ключевые шаги и события, которые привели к созданию модного Дома Tanya Kotegova и реализации себя в качестве модельера.

Т.: Мне кажется, что в мире моды я пребывала с рождения. Мама, бабушка, мои тети воспитывали во мне хороший вкус своими примерами. Они умели шить, вязать, вышивать, декорировать интерьер дома. В семье всегда был культ старинных вещей. Таинственное зеркало в овальной резной раме отражало красивый облик стройной женщины — это мама примеряла новое платье. Первый наряд я пыталась сшить в шесть лет, а в 15 уже создавала полноценные модели. Эти детские воспоминания для меня очень важны. 

Я росла с мыслью, что жизнь устроена по законам красоты, и до сих пор в это верю. Когда в далекие 1970-е годы я создавала костюмы для себя, своих близких, знакомых, подруг, я не могла и представить, что когда-либо буду делать это легально. Напомню, что в советское время подобная частная деятельность преследовалась по закону. О собственном деле в те годы я могла лишь мечтать.

Но в 1991 году я открыла двери своего модного Дома, куда сразу пришел успех, подготовленный годами предыдущей работы. В тот период было непросто организовать свой бизнес, но с полетом фантазии и работоспособностью у меня не было проблем. Более тридцати лет назад я создала модный Дом, который радует женщин, украшая блистательный Петербург и создавая ему еще один имидж — Северной столицы моды. 

 

Иногда кажется, что профессия родилась вместе со мной, хотя для открытия модного Дома пришлось сделать очень многое.

 

О. М.: Верите ли вы в то, что у каждого человека есть свое предназначение? Можно сказать, что вы его нашли?

Т.: Безусловно, уверена в том, что каждый человек имеет в этой жизни свое предназначение. Наверное, важно это «послание» почувствовать, увидеть и не ошибиться. Мне повезло, свою миссию по созданию красоты я восприняла очень рано. И в этом направлении развивала мысли, чувства и усилия. То ли я нашла себя в профессии модельера, то ли профессия нашла меня, но в результате в обоих случаях я оказалась счастливой.

О. К.: Таня, вы родились в Астраханской области в годы войны. Через некоторое время переехали с семьей во Всеволожск и по выходным гуляли по Невскому. Расскажите про первую встречу с Петербургом? Какие эмоции вызвал этот город?

Т.: Я родилась на Волге, а после войны в сталинскую эпоху вместе с репрессированными родителями оказалась на Колыме… Петербург я узнала и осознала в достаточно нежном возрасте, это хорошее время для того, чтобы понять неповторимую атмосферу города на Неве. Он был создан великими архитекторами прошлого, чтобы дарить шквал положительных эмоций. Здесь иного мнения быть не может.

Для меня Петербург — это, с одной стороны, реальность, в которой я живу, работаю, езжу на автомобиле, а с другой — непостижимая мечта с элементами таинственной мистики и ностальгической печали… Это город, который нельзя раскрыть и постичь окончательно. Я постоянно продолжаю его узнавать, изучать и не перестаю любить.

О. К.: Что побудило вас заняться творчеством и создавать одежду? 

Т.: Мое детство было наполнено любовью, и, хотя я не посещала модные показы в нежном возрасте, мама старалась привить мне хороший вкус, которым, бесспорно, обладала. Она стильно одевалась и так умела создать уют в домашнем интерьере, что я до сих пор мысленно советуюсь с ней. 

Юность всегда более сложный период в жизни человека: сомнения, переживания, поиски, в том числе будущей профессии. Но я очень рано поняла, что мне интересно и где смогу применить свои знания и умения. В семнадцатилетнем возрасте я уже имела персональных заказчиц среди подруг и сверстниц.

О. К.: Перед запуском собственного бренда вы шили дома с небольшой командой сотрудников. На тот момент у вас были готовые идеи или формат ателье? 

Т.: В советское время в Ленинграде у меня было тайное маленькое ателье в собственной квартире. В одном лице я являлась художником-модельером, конструктором и швеей, администратором и соблюдала все законы конспирации. При этом необходимо было иметь официальное место работы.

В Советском Союзе, за отсутствие штампа в трудовой книжке давали срок. Вспомните пример Иосифа Бродского! А моделированием одежды я занималась в свободное от работы время, как правило, поздним вечером или даже ночью. Но уже тогда у меня были свои клиенты, некоторые из них верны мне до сих пор.

О. К.: Вы одна из первых, кто открыл модный Дом на Петроградской стороне в начале 90-х. Это было экономически сложное время для страны. Не секрет, что на большинство товаров наложили дефицит и их доставали по знакомству. 

Т.: Месторасположение моего прежнего салона мод и сегодняшнего модного Дома — район Большого проспекта Петроградской стороны. Я в определенной степени люблю и камерные уголки, и широкие проспекты — это зависит от настроения и душевного состояния. Но не скрою, что всегда самым желанным местом для меня остается наш модный Дом, расположенный на Большом проспекте Петроградской стороны, 44. 

Что касается экономических сложностей, то назовите мне, пожалуйста, период, когда их не было. Но во все времена у людей тяга к красоте материальной и духовной будет неизменной. Решать эту проблему должны профессионалы. Вот и мы ее решали всеми доступными для нас способами. Дефицит не стал для нашей работы непреодолимой преградой, хотя создавал определенные проблемы.

О. К.: Как удалось привлечь внимание клиентов к вашему бренду? Как обстояли дела с закупкой тканей и фурнитуры в тот период?

Т.: Основные клиенты у меня были с советских времен. После 1990-х годов появились новые — дамы, которые по статусу должны иметь соответствующий внешний вид: жены консулов, члены правительства города, актрисы и танцовщицы, бизнес-леди. Соответственно, поддерживая высокий статус своей марки, все ткани и фурнитуру я заказывала в Италии, Швейцарии, Англии. Я всегда предпочитала работать с натуральными тканями, но сегодня не исключаю из своих коллекций также и текстильные новинки. Который год подряд в коллекциях модного Дома встречаются смесовые ткани, материалы с эффектом оплавленных или вытравленных нитей. Среди них много интересных предложений. 

О. К.: Сколько потребовалось времени, чтобы имя Tanya Kotegova узнали не только в России, но и за рубежом? 

Т.: В европейских странах с многолетним опытом текстильных и швейных предприятий специалистами всегда ценилось не только качество ткани, но и высочайшее мастерство кроя и пошива. На это не требуется много времени. Не секрет, что большинство известных люксовых марок давно отшиваются не в Италии и не во Франции. Чтобы оценить качество такой вещи, достаточно посмотреть на качество подкладки или на то, как пришиты пуговицы. Может быть, именно поэтому авторитетные мировые журналы в области моды, такие как Vogue, Elle, L'Officiel, считают нашу профессиональную деятельность «воплощением петербургского стиля». Это очень высокая и ответственная оценка.

О. К.: Раньше тех, кто занимался пошивом изделий, называли портной. Позже — кутюрье, модельер, а теперь дизайнер одежды. Таня, какую роль выберете вы? 

Т.: Вы называете просто разные ипостаси нашей профессии. Портные где-нибудь в XVIII веке были, скорее, декораторами образа. Создание формы изделия, особенно женской одежды, не требовало конструирования. Женщина самостоятельно одеться не могла, ее наряжали как куклу: шнуровали корсет, лиф подгоняли на фигуре, каркасную юбку с фижмами надевали отдельно. Даже рукава часто не вшивали в пройму, их крепили лентами, бантами. 

Кутюрье на рубеже XIX–XX веков создавали модели в единственном экземпляре, как правило, макетным способом. Художники-модельеры могли создавать эскизы для костюмов разных назначений. А вот дизайнеры костюма со второй половины ХХ века обязаны были не только делать эскизы, подбирать ткани, использовать конструктивно-расчетный метод построения формы, но еще и планировать изготовление таких изделий на производстве. 

Вот вкратце различия между этими терминами. Если я работаю в жанре Pret-a-porter De Luxe, то, конечно, творчество модного Дома ближе к кутюрной практике со всеми особенностями современного подхода к моделированию и конструированию одежды.

О. К.: У каждого художника, скульптора, музыканта или фотографа есть авторский почерк. По каким характерным особенностям можно сказать, что эта вещь принадлежит модному Дому Tanya Kotegova?

Т.: Отличительной особенностью изделий является то, что их можно носить на изнаночную сторону. Это не шутка, а факт уникального пошива, которым обладают наши специалисты. Кроме такого редкого качества, характерной чертой нашего стиля являются свободные формы и люксовые отделки: ручная вышивка, винтажные кружева, ювелирные украшения.

О. К.: Вы выпускаете коллекции класса Pret-a-porter De Luxe, где используете ткани высочайшего качества и много ручной работы. Если провести параллель между линиями «готовый к носке» и «от-кутюр», то к какому сегменту относится ваша одежда? Каким тканям вы отдаете предпочтение?

Т.: Многие дизайнеры оптимизируют расходы как раз за счет тканей. У меня несколько другие ориентиры жанра. Я не работаю на масс-маркет, на тиражирование образцов. Ниша модного Дома — Pret-a-porter De Luxe. Я не могу сократить затраты за счет использования дешевых тканей, но это вовсе не означает, что мой выбор постоянен. 

В моих коллекциях можно видеть нарушение традиций, смешение противоположностей, когда минималистический стиль соседствует с авангардной вышивкой; классический стиль — со спортивными элементами; консервативность — с поп-артом. При этом неизменной характеристикой всех моделей остается их люксовое изготовление. А это возможно только при использовании качественных материалов.

Продолжение интервью читайте в печатном номере GREY CHIC Magazine №2

I

 

На вопросы отвечала Tanya Kotegova

photo: Паша Переверзев

© GREY CHIC MAGAZINE